Александр Могилевчик (mogilevchik63) wrote,
Александр Могилевчик
mogilevchik63

Двое в доме


         
            Почему-то сразу мы представляем себе его и её. Мужчину и женщину. А ведь двое – это могут быть и две женщины, и два мужчины, или, скажем, женщина средних лет и кошка, старик и собака. Но – нет. Перед глазами предстают именно он и она. И, что интересно, не в доме, хотя ясно написано – двое «в доме»,


а в квартире. Причём не просто в квартире, а на кухне. Окно тёмное, за светлой занавеской, немного не достающей до подоконника. Верхняя лампочка освещает стол. Не тускло, но и не очень ярко. В меру.
           - Лёшка, тебе не надоело? – неожиданно, но спокойно, ровным голосом спросила жена.
           Лёшка был парень не глупый и, поэтому, не стал спрашивать – «Что именно?». Он плавно разогнулся от ноутбука, недолго посмотрел в глаза жене и коротко ответил, - Нет.
           - У тебя компьютерная зависимость.
           - Да!
           - Может, надо что-то делать?
           - Что делать? – искренне удивился Лёшка. – Ты имеешь в виду компьютерную зависимость или вообще?
           - И то, и другое.
           Внутри у Лёшки, а полностью – Алексея Ивановича, зашевелились, сплелись в клубок и стали расти сразу несколько чувств – обиды, злости, одиночества, потерянности. Он подумал, что сам себе напоминает барабан или бочку. Снаружи красивый и основательный и, даже, иногда полезный. Но, стоит постучать и гулкий звук покажет и ему самому и всем вокруг, что внутри он пуст.
           Алексей Иванович был немолод, ему уже перевалило за полвека. Имея прекрасное образование, он долгие годы работал инженером-теплотехником в «почтовом ящике», объездил с командировками весь Союз, устанавливая и налаживая тепловые пушки на Северах и промышленные кондиционеры в южных республиках.
           «Почтовый ящик» канул в Лету, а Алексей Иванович получил предложение от бывшего сослуживца, честь ему и хвала, обрабатывать заказы на обслуживание вендинговых автоматов. Денег на жизнь хватало, без излишеств, но ощущение неправильности, невостребованности, не покидало его никогда. Никакой коммерческой жилки у Алексея Ивановича не было, дух предпринимательства его скорее пугал, чем манил. Идти же работать по специальности в организацию по своему профилю, значило потерять и в деньгах, и во времени.
           - А что я могу? В бюро занятости ходил, друзей и знакомых попереспрашивал, интернет весь перелопатил – всякую ерунду предлагают. – Лёшка понимал, что в его ответе что-то не так, но не мог ухватить – что.
           - Ты мужчина, ты и придумай что надо. Не сиди просто так. – Ленка начала заводиться, - Мозги есть, силы есть, а ведёшь себя как инвалид! Позвони кому-нибудь. Петру позвони.
           - Звонил я Петру. У него не то. – Лёшка второй раз понял, что отвечает не верно, неудовлетворительно, не в ту сторону.
           - Подумаешь – «не то»! Иди и делай не то!
           И тут до Лёшки дошло. Дошло сразу и ясно: Ленка, жена, когда говорила, что надо что-то делать, имела в виду не обязательно работу. Она имела в виду «вообще».
           Лёшка перевёл взгляд на экран ноутбука.
           - Вот и поговорили! – Жена поджала губы и вернулась к вышивке, время от времени поглядывая в телевизор. Она ошибалась!
           Лёшка с полминуты смотрел в сторону экрана, потом протянул руку и медленно прикрыл крышку. В сторону жены он глаза не поднял, но почувствовал, как она не то, чтобы напряглась, но сосредоточилась. Иголка сквозь вышивку ходила туда-сюда, бубнил телевизор. За тёмным окном, за светлой занавеской, немного не доходящей до подоконника, изредка шумели машины. Звуков не убавилось и не прибавилось, но стало казаться, что тишина родилась прямо в воздухе, в кухне, по центру. И начала расти.
           Лёшка взял пульт и выключил телевизор. Стало действительно тихо и даже машины за окном куда-то подевались.
           - Пошли, одевайся. – Алексей Иванович встал во весь свой рост. Седина в его волосах стала не старческой, а благородной.
           - Куда? – На лице у Елены не было ни удивления, ни страха. Даже любопытства не было. Только ожидание.
           - Это не важно.
           - Пошли. – Она встала тоже.
           Они дошли до сквера и только там Елена выдохнула грустно:
           - Тыщу лет здесь не была.
           - В прошлом году были. Осенью.
           -Не были.
           - Вспомни. Мы шли через сквер от остановки. Когда трамваи встали.
           - Это не считается.
           - А что считается?
           - Это когда не по необходимости, не мимо, а именно гулять. Как в Парке пограничников. Помнишь?
           - Помню.
           - Или как… - Ленка занялась воспоминаниями и говорила, говорила. Алексей Иванович, Лёшка, улыбался и изредка поддакивал – Помню! Точно!
           Замолчала она только перед подъездом. Алексей чувствовал, что ей страшно возвращаться в тепло и уют. Перед самой дверью в квартиру она не выдержала:
           - И что дальше?
           - Сяду, напишу рассказ. От руки. На бумаге. – сверху вниз улыбнулся Лёшка. – Для начала. Пусть называется «Двое в доме».
           «Себе я занятие нашёл», - подумал Алексей. «А что Ленке предложить – ничего в голову не идёт».
           - А ещё мы будем говорить. – сообразил он первое, что попалось.
           - О чём?
           - Лен, это не столь важно. Мы будем говорить обо всём. О важном и о мелочах, о прошлом и, обязательно, о будущем. Да! О будущем. Мы будем строить планы.
           - Лёш, какие планы?
           - Вот об этом и будем говорить.
Tags: рассказ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments